2018, Сентябрь, 24

Автор: Михаил Пустовой, 24 сентября 2018, 17:52 — REGNUM  

Имя сибирского альпиниста Владимира Каратаева прогремело. И дело не только в восхождении по сверхсложному маршруту на восьмитысячник Лхотзе, Гималаи, которое стоило ему всех пальцев на руках. Красноярская альпинистская школа сильна, но то, что сделал этот человек, находится на грани возможностей: альпиниста, скалолаза, дайвера и парапланериста в одном лице. «На краю. Экстремальные ситуации» — это записки Каратаева за последние годы, собранные в одну книгу; рассказы без долгих эмоций о том, как он раз за разом уходил от, казалось, неизбежной смерти.

«Какой прекрасный вид! Вокруг — мироздание во всей своей красоте. Неужели я этого больше никогда не увижу? Неужели это мой последний спуск с гималайской вершины?» — диктовал спустя годы своей жене воспоминания об экстремальных ситуациях Каратаев; последствия Лхотзе для него.

Вообще в 1990 году на Лхотзе, которая убила даже такого альпиниста, как Владимир Башкиров, житель сибирского городка Дивногорска мог остаться и навсегда — вмороженным в склон. Но есть альпинисты, способные отказаться от вершины в сотнях метрах от цели и спасать человека в зоне смерти, — «возвращение надежды для одних и крах всех надежд для других»; а Каратаев выдержал многодневный спуск по отвесным стенам и работу с веревкой отмороженными пальцами. Он потерял сознание только в виду базового лагеря.

Контроль над подсознанием и телом, мгновенно принятое решение за секунды до катастрофы и стечение обстоятельств — это Владимир Каратаев. Тому, что он совершил, могут позавидовать режиссеры фильмов, переполненных трюками каскадеров. В молодости Каратаев, падая спиной со скалы, успевает совершить сальто и, пролетев восемь метров, всего лишь повреждает голеностоп. Он застревал вниз головой в затопленном лесу Красноярского водохранилища, и, уже без пальцев, врезался в Енисей, летая ночью на параплане.

Да и того жесточайшего спуска с Лхотзе могло и не быть: лавина на пути восхождения — и Каратаев прыгает в трещину ледника: «Многотонная лавина из мокрого снега и льда на огромной скорости мчится надо мной, сметая всё на своем пути. Во всем этом сумасшедшем аду, потеряв счет времени, я пролежал до тех пор, пока не наступила полнейшая тишина».

Книга последнего кавалера Ордена Ленина не исключительно «ужас, да и только!» из жизни настоящего спорта. «На краю» представляет собой монологи о «крайне опасных ситуациях», то на фоне дурманящей сибирской весны, то на занесенных предновогодними снегами Красноярских Столбах, на которые надо успеть забраться и вернуться до наступления праздника, или в царстве «жуткой красоты» Памира. Люди, с которыми Каратаев поднимался навстречу ледопадам и морозным ночам в мокрой одежде или спускался к надежде выжить, — у него живые и образные.

«Я нахожусь под обаянием его личности, в которой смешались почти детская наивность, мужество высокой пробы, принципы много пережившего человека, расчет каждой мелочи, совершенно авантюрные шаги и непреходящее желание снова рисковать», — пишет в предисловии издатель и историк альпинизма Сергей Шибаев.